Только позитивный креатив!

Старик

Nemo

Старик сидел на сосновом бревнышке и метал в рекламный портрет главы "чего-то там" ножи, которые были свалены у его ног в кучу. Портрет висел на не струганных досках деревянного туалета. Старик называл его уважительно "Люфт-клозет".

Я лениво курил, посматривал на превращение лица на плакате в бесформенные полосы и бессознательно считал количество попаданий в цель.

- Старик, ведь храбрость в том если бы ты ему яйца живому отрезал, а лица бы не тронул, вот это я понимаю… После того, как ты с утра выпустил очередь патронов в этот портрет, мне даже заходить в сортир страшно. Ведь ты по своей дурной привычке даже не поинтересовался, есть ли там кто-нибудь.

Старик лениво оправдывался, что ни в кого не попал.
- Тогда не попал, а вдруг…

Мы третьи сутки сидели в домике, который заменял нам и казарму и штаб. У входа, на стене красовалась надпись "отстегивайте костыли". Написана она была зеленкой и обязывала разуваться при входе в помещение.

Мы ничего не делали, не обозначались в эфире, иногда патрулировали местность, чтобы размяться и набрать грибов, которых в этом году была тьма-тьмущая. И это наше безделье называлось вариантом "Штиль".

От такой скукотищи, мы решили подшутить над Димкой-Обзывалкиным и накормили его жареными мухоморами. После того, как он умял большую часть сковороды, и ему ничего не стало, наш доктор сказал, что кроме белой поганки, все грибы съедобные. Чтобы подтвердить свои слова он доел оставшиеся грибы и как ни в чем небывало стал трепаться о доме, о брате, об их путешествиях на мыс Горн и о страшной клятве… Когда мы его привели в чувство, промыв желудок марганцовкой, он стал доказывать, что все грибы съедобны, кроме бледной поганки, но … это очень индивидуально.

Игры были запрещены, говорить не хотелось, все давно уже переговорили, а все наши споры заканчивались "ненормативной лексикой". И вот на этом фоне, притопал связной из деревни и стал называть различные пароли. Его тут же прервали в грубой форме, так и недослушав, чем немало расстроили, что все старания пошли насмарку – учил, бежал бегом, торопился. В пакете, переданном посыльным, был приказ…

Мы быстро собрались и направились в сторону главной базы, оставив связного наводить порядок в домике. На войне стираются понятия "свое-чужое", вот и мы шли по их территории, считая ее своей, так как мы уже по ней шли.

Шли в светлое время суток, нарушая все инструкции. Как пошутил Старик, что если опираться на личный опыт, то, что даже если мы и будем все делать правильно, то нам это все равно не поможет.

Было нас около тридцати человек, у каждого "легкое стрелковое", да еще и два ПКМ в придачу.

Идти предстояло часа три, по покатым склонам оврага, которые поросли лесом. Сначала Белый и Санек были в боковом дозоре, затем оставили передовой дозор, сняв остальные.

Путь шел по долине, которая местами казалась ущельем. Все это больше напоминало поход школьников за гербарием или вылазку туристов на пикник, чем войну. Журчание ручейка только усиливало сходство с турпоходом. Эта картина сопровождала нас до курумника на дне долины. Камни были высотой до пояса человека. И вот тут…

Прямо со склона долины по нам открыли огонь. Мы попытались спрятаться за камни, другого выхода не было. Огонь был таким, что ни отойти, ни вернуться назад не было возможности. Потом в нас полетели гранаты, и нам пришлось отступить. Лежим и думаем, кто о чем. Я море вспоминаю, а Эдька высчитывал, сколько человеческой кожи понадобиться на один хороший барабан. Он потом признался, что хотел свою шкуру специально подпортить, может, врал, конечно.

Тут слышим, что выстрелы все реже и реже. Выглядываем и вперед поперли. Оказалось, у противника патроны кончились, в запале боя не рассчитали немножко. Вот так и закончилось наше задание. С нашей стороны трое раненых было. Пленных брать не стали, Старик сказал, что ну их.

Добавить комментарий

ДРУГОЕ:
Пишите, звЕните, комментируйте, предлагайте на INFO@KYKYK.RU