Только позитивный креатив!

Аленький цветочек

Corra

Пародия на русские народные сказки

 

Жил-был скупщик краденого. И было у него три дочери от разных жен. Единственное, что их объединяло, то что все трое были дурами непроходимыми. Все в папу. Генетика, ядрён-батон. Но жили богато: пироги с горохом у них не переводились, бочки с хлебным квасом в сенцах пенились, радио весь день играло. Вот они и квасили цельными днями, слушая энто радио. Но и их тоже тянуло на разные подвиги.

Как-то раз папка созвал их на вечернюю летучку и заявил: "Дочки мои неописуемые! Пришла пора ломиться мне в дальние края, скупать хабар в областях далеких-столичных. Откат мне будет за это процентов 30-40, так что заказывайте подарунки. По одному комплекту в одни щупальца". Обрадовались дурочки, стали модные каталоги листать, подружкам телефоны обрывать. И утра приползли к папаньке.

Старшая попросила купить ей мужика резинового из секс-шопу, а то предыдущие двадцать от неё своим ходом ушли, причём в монастырь. Средняя попросила два фунта порошка волшебного заморского для нюханья. Младшая так в тему и не врубилась, так как уже неделю квасила. Поэтому с похмелья проквакала что-то насчет цветочка аленького. Откуда в ейную имбецильную голову затесался такой невинный лирический образ - история умалчивает. Видать, с хиппи долго пила намедни, вот и наслушалась всякого.

Папочка удивленно зыркнул на младшенькую: обычно она заказывала два ящика белой, а тут нате... Старшенькие же откровенно заржали: у них в огороде этих цветочков - и тебе аленьких, и розовеньких, и в крапинку - корове не сожрать за зиму. Но дурочке объяснять это было неохота да и некуда. Папа сел в поезд, кучер стеганул лошадёв, и те поволокли поезд по рельсам в далёкие дали, роняя на шпалы лепёшки.

Долго папаня ездил. Скупал товар, мотался по малинам и хазам, даже пришлось два раза самому на стрёме стоять, а раз его чуть-чуть ВОХРа не грохнула. Но почти все дела сделал, купил старшеньким резинового негра и кило порошка, а цветочков нигде нету, хучь плачь. Видать, неурожай сена с среднерусской полосе. В цветочных лабазах тоже голяк - одни пластмассовые веники да кактусы.

И вот идет он расстроенный, а навстречу ему мужик заморский с большим носом: "Вай, слюшай! Зачем плакаешь, чиво хател?! Меня слюшай, урюк кюшай, совсем веселый будешь!". Купец ему так и так. "Вай, знаю! Есть у моего соседа такой клумба! Всё так, как ты говориль! Только далеко он живет, за море плыть надо!". В общем, отбашлял он путеводителю, сел в автобус и поехал за море. Нашел адрес, а хозяев нету дома - все на войну с русскими ушли. Тогда он оторвал две доски от кирпичного забора, залез в клумбу и отоварился по самые помидоры. И только когти рвать - вдруг голос громовой говорит над ухом: "Какого хрена тут происходит?! Уже от камеры слежения в туалет сходить нельзя - лезут и лезут! А ну стоять-бояться! Щас мы тебя будем в компост перерабатывать!"

Задрожал купец, заплакал каймановыми слезами, поведал про дочку свою младшую, на желания причудливую. Послушал его невидимый голос и сказал через динамик на столбе:
– Проблему я твою понял. Оставь на грядке паспорт и вали отсюдова. Если через две недели не привезешь 20 штук зеленью, то мы либо тебя расстреляем, либо над твоими дочками позабавимся, либо всё наоборот. Ну, ты в курсе. Спасибо за сотрудничество. Выход там же, где и вход.

Никак у купца 20 штук не светило - всё бабло было вложено в дело, а на дворе - кризис. Но решил он держать марку. Сделал морду кирпичом и поехал домой. Дома задарил резинового эфиопа старшей, кулек с порошком вручил средней, а младшей втюхал увядший веник: на, мол, подавись, дура. А та уж и забыла, зачем он ей был нужен - лепестки пообрывала с идиотской улыбкой на роже да и выкинула в мусорку.

А время летит. Прошла неделя - на расчетном счету по нулям. В городе менты совсем оборзели - кажный дён то операции "Вихрь", то "Перехват", то "Антитеррор" - не дают честным бизнесменам делами ворочать, малый и средний бизнес развивать - воровать и страну разорять. Уже и вторая неделя доходит. Поскучнел купец, и квас с редькой в горло не лезет, и от пирогов его пучит. Совсем с лица спал. А старшие дочки это даже не заметили, потому как даже из комнат не выходили все две недели. Из одной комнаты что-то резиновый негр орал о пощаде и правах человека, а из другой доносился то дебильный смех и визги, то песни Гребенщикова. Лишь младшенькая сиднем сидела на табуретке рядом с папкой и помогала ему спиваться. Она-то его и спросила: чо, мол, скуксился, в натуре? Он ей и брякнул, что поставили его нехорошие отморозки в раковое положение и грозятся спалить его бизнес, как шведов под Полтавой. А потом спросят по телевизору у президента, куда бизнесмен делся, а тот скажет: он утонул. Вот и вся недолга. Зажалела дурочка папку - хоть и дура, а сердце ещё пока не силиконовое.

И вот ночью девка встала, напихала в сумку пирогов-квасу, разбила свинью-копилку, набрала медяков и поехала на такси в страну чужеземную, сдаваться на милость врагу страшному, выручать батькин паспорт. Долго она ехала, коротко ли - приехала, просморкалась у калитки в фартук и забарабанила в дверь. Калитка сама открылась. Она подошла к столбу с рупором и обняла его, горько причитая. И так она сетовала на долю свою горькую, пока ей сзади пенделя не отвесили.

Оглянулась - стоит сзади добрый молодец смуглой национальности, борода лопатой, весь в зелёном и пятнистом. "Че те, дура, тут надо? Чего приперлась?" Она, заливаясь слезами и соплями, рассказала про папаньку, что, мол, засада у него с бабосами, и она пришла сдаваться на милость победителю. Тот расхохотался и говорит: да хозяину моему эти цветы без надобности были. Он все равно хотел на этом месте подъездную дорожку бетонировать. А за честность хвалю. Иди к хозяину - он тебя тоже ..., эта, ... похвалит.

Хозяин обрадовался и хвалил её три дня и три ночи. А потом она ему надоела до смерти: болтливая, тупая, её ни в Турцию не отдать, ни на органы пустить с такими генами. А дурочка уж совсем в доме освоилась, насмотрелась немецких фильмов про любовь и невесть себе чего вообразила, что её тут замуж возьмут. Кругом свои пироги расставила, квасом весь дом закапала. И как-то ночью дали ей по башке поленом и вывезли за границу населенного пункта. Очнулась она у кучи навоза, с папкиным паспортом на кармане и запиской: "Долг есть нет. Уходяй дому". И тридцать рублей на трамвай. Вернулась она домой. Её уже не ждали, а её комнату жильцам сдали. На радостях закатили пир на всё село.

И я там был, водку пил. А гости рыжики соленые жрали и к утру все перетравились.
А мораль этой сказки: дурак и покойника замучает.

Добавить комментарий

ДРУГОЕ:
Пишите, звЕните, комментируйте, предлагайте на INFO@KYKYK.RU