Только позитивный креатив!

Рукопись, найденная в Иерусалиме

frfattare

Немного о жизни

 

В сиреневых трусах тончайшего кашемира, расшитых золотыми скарабеями, на балконе величественной громады дворца Ашурмы, стоял, докуривая вонючий бычок Евлахий Палей. "Какое тяжелое похмелье, – сплевывая сквозь зубы, думал он. – Проклятое фалернское, проклятые иваси. О боги, пива мне, пива!..

Был третий день Великого Праздника Пасхи. Вечер начался утром. Черные облака закрыли небо, а под ними висело маленькое, коричневое солнце, пожирая свет тонких свечей, тускло горевших в домах иудеев. Джерузалем, этот старый младенец, закутанный в грязные пеленки веков, доживал последние минуты.

Предреченная Даниилом пророком мерзость запустения явилась святому месту – под стенами города вершила намаз десятимиллионная армия Мохаммада. Был третий день Великого Праздника Пасхи…

Сзади послышался шум. Евлахий обернулся – приближался его любимец, глухонемой гигант Урс.
- Что тебе, Урс? – прикрывая глаза, спросил Палей, удерживая спазм в желудке.
- К тебе Каяфа, стратег, - кланяясь, сказал глухонемой.
- Проси…

Был третий день Великого Праздника Пасхи. В лазурном зале Небесного Чертога, за ломберным столом сидели четверо – шла нескончаемая партия, величие ставки в которой неописуемо. Шестирукий брал взятку за взяткой, зло приговаривая:
- Вот тебе - Египет! Вот тебе - марксизм! Вот тебе - Освенцим! Вот тебе - Джерузалем!
Отец продулся. И далеко внизу почернели куполами его храмы, и дети его гибли на кривых ятаганах правоверных. Но не думал он об игре, а силился понять: зачем они Его убили? Для чего?..

Вошедший первосвященник пугал синюшной бледностью лица, морщинами спорящего с мошонкой эфиопа, крещенного в студеной воде Енисея. Глубоко вдавленные в низкий лоб глаза, огромный нос и двузубая челюсть украшали физиономию сластолюбца и дегенерата. Первым заговорил Палей:
- Каяфа! Ты думаешь, что ты старый мудрый еврей? Нет, Каяфа, ты якут. Якут. Это, твои люди кричали: "Распни Его"? Твои. Это ты грыз каррарский мрамор в термах, выпрашивая Его жизнь? Ты! И что теперь? Молчи! Я видел сон. Он был явью завтрашней ночи. Я видел, как император в окружении янычар благодарил Аллаха на горячем еще пепелище. Зеленое знамя стало хорошим саваном для для иудеев – малые отряды мусульман добивали в горах последних. Убивали быстро, милосердно, не оскверняя себя мародерством и женщинами. И белый огонь везде. Священный огонь, превративший в черную, невесомую пыль даже камни помнившие начало мира. А на Елионе строители закладывали мечеть во славу Мохаммеда. Джерузалем пал. Так будет. Ты слишишь меня, Каяфа? Что теперь твое золото? Иди молись своему богу. А лучше напейся вина. Я увожу войска. Тебе не будет ни одного солдата! Я сказал!
- Мне не надо солдат, - подал голос Каяфа, - и что ты сказал, я знаю лучше тебя. Хмель мутит твой разум, игемоню. Посмотри на меня: я одет в бухарский халат, на моей голове тюбетейка, в руках – Коран. Я в порядке! Спасай себя, игемон. Твои солдаты мертвы. Ты уйдешь пешком, если, конечно, Урс не понесет тебя. Иди и будь проклят!..

Добавить комментарий

ДРУГОЕ:
Пишите, звЕните, комментируйте, предлагайте на INFO@KYKYK.RU