Только позитивный креатив!

Молодость (начало)

Dreamov

Жила-была в одном маленьком провинциальном городишке одна молодая семья. Глава семьи, учитель математики Петр Николаевич Свиридов, был юношей двадцати годов, в меру амбициозен, в меру талантлив, в меру воспитан, в меру умен. Его молодая супруга, студентка пятого курса педагогического факультета Жанна, исполняла обязанности домохозяйки, ловко управлялась с домашними делами, много разговаривала по телефону, читала философские книжки, изредка листала какой-нибудь конспект. В общем, жизнь молодой семьи Свиридовых только еще начинала течь, находясь, так сказать, в стадии своего становления.

Как известно, в эту пору в любой семье случается что-то выдающееся, из ряда вон выходящее, что никак не вяжется с представлениями молодых супругов о семейной жизни. И так уж получилось, что это неожиданное происшествие, о котором речь пойдет ниже, случилось с молодой четой Свиридовых именно сегодня, девятнадцатого января две тысячи десятого года.

С раннего утра все вроде бы случалось как обычно: Петр Николаевич рано встал, умылся, выпил кофе с сигаретой, свалил в большой кожаный портфель тетрадки, бережно уложил туда свой новый ноут-бук, нацепил галстук и классические ботинки а-ля Путин и настроился на рабочий лад. Уроков у него сегодня не предвиделось, поскольку по радио объявили и тяжелом колючем морозе в 25 градусов, а, следовательно, и о полной свободе на весь рабочий день. С легким сердцем от радостной новости по радио Петр Николаевич молча хлопнул входной дверью, прогремел ключами на лестничной клетке.

Жанне сегодня, напротив, предстоял тяжелый день. Она, долго засиживаясь несколькими вечерами подряд за сочинениями Пруста, поглотившими все ее сознание, совершенно забила на свои конспекты. А, тем не менее, случилось так, что Жанна задолжала университету несколько зачетов, без которых допуск к экзаменам представлялся невозможным. Петр Николаевич не далее как накануне ласково, но весомо выругал жену за Пруста, и Жанна обещала мужу сегодня уж точно посетить ненавистный университет и попытаться самостоятельно досдать зачеты.

Еще с вечера Жанна завела будильник на восемь тридцать, погладила свой лучший свитер и лучшие джинсы, подготовилась к сдаче.
Проснулась Жанна, однако, вовсе не от будильника. Резкий звонок в дверь заставил ее медленно встать, напялить домашнюю кофточку и пойти открыть дверь неожиданному гостю.

Гость оказался соседкой Ириной, которая стола на пороге, как-то виновато улыбаясь и переминаясь с ноги на ногу. Жанна недовольно уставилась на соседку, предложила зайти.
- Чай будешь? – собрав в кулак остатки воли и вежливости, Жанна, не дожидаясь ответа, поплелась на кухню ставить чайник.
- Буду, - лаконично ответила Ирина и достала из домашнего халата, в котором пришла, пол-литровую бутылку водки.
Прошло минут десять, пока сонная Жанна пригляделась к соседке и заметила следы явного ее душевного кризиса: соседка старалась не глядеть Жанне в глаза, отводила в сторону взгляд, волосы на голове Ирины были всклокочены, а под правым ее глазом сиял мощный синяк.
- Что у тебя стряслось? – искренне поинтересовалась Жанна.
- Да, понимаешь, Жан, это мы с Сергеем так вчера. Отмечали годовщину. Ну, а потом вот так получилось… Я, понимаешь, не помню ничего, кроме его кулака. Как так получилось, я даже представления не имею.

Жанна, прихлебывая кофе и разминая в руках сигарету, нехотя слушала соседку. Ирина была старше на десяток лет. Сергеем звали ее мужа, известного всей округе алкоголика-монтера, существо ловкое до баб и развлечений. Жили Ирина с Сергеем плохо, и подбитый глаз соседки вовсе не представлялся Жанне чем-то из ряда вон выдающимся.

- Не то, что у нас с Петей, - подумала Жанна, - если бы у нас с Петей такое было, я бы терпеть такого не стала, разорвала к чертовой матери такие семейные отношения и уехала бы к маме в Сочи.
- Ничего страшного, Ирин, бывает, - Жанна уставилась в пол, сонно и нехотя рассматривая узор на кухонном ковре, - водку-то ты только зачем принесла?
- Похмелимся, Жан? Давай, а то я помру, да и тебе чего делать-то? Твой-то опять в свою школу уехал? Вот молодец мужик, не то, что мой архаровец…
Жанне вовсе не хотелось пить водку с утра, да и в университет она должна еще попасть, попытаться сдать хотя бы один зачет. Тем не менее, не рискуя вызвать недовольство соседки, Жанна прошмыгала тапками в зал, вынула из шкафа две рюмки.
- Давай, но только каплю, мне зачеты сегодня сдавать.
- Да какой разговор, подруга, - Ирина суетливо наполнила стаканы.
- Давай за нас с тобой, за дружбу.
- Давай.

Жанна проглотила невкусный спиртной напиток одним махом, запила кофе.
- Ну, так вот, - Ирина, крякнув, поправила прическу и принялась наполнять стаканы очередной порцией водки, - и вроде бы все так замечательно начиналось, и мой своих друзей даже звать не стал, представляешь, еле уговорила, просила, умоляла – согласился. И хорошо так посидели. "Аватар" даже посмотрели – архаровец с нета скачал, и любовью занялись. А потом – ничего не помню. Этот архаровец и в постели мне наливал, да все обнимал, да комплименты свои злосчастные… гад. Представляешь, помню: я на полу, руками морду закрываю, а этот архаровец меня кулаком!

Жанне стало жаль Ирину. Несчастливая была в представлениях Жанны у Ирины жизнь. Сергей и трезвый-то умом да сообразительностью не отличался, а уж пьяный… А пьяным Сергей бывал куда чаще.

- Давай еще по чуть-чуть? – Ирина шмыгнула носом и вытерла подолом маленькую слезку со щеки.

Жанна молча согласилась, про себя решив, что в университет сегодня не поедет, а Пете скажет, что раз на сегодня на улице такой мороз, что даже школьники не идут на занятия, то почему она, Жанна должна отрывать зад от теплого кресла и Пруста, если не позволяют климатические условия?

- Давай.

Выпив по второй, парочка принялась размышлять на тему семейных отношений. Ирина во всю ивановскую самым благим матом костерила Сергея, а Жанна молча думала о том, какой молодец ее Петя. Главное – не пьет! Эту фразу говорила мама, когда еще Жанна с Петром встречались. Не пьет – и работает.

- Вот твой-то молодец, - чмокая соленым помидором, продолжала Ирина, - не пьет и работает! А мой? Этот архаровец, я извиняюсь, не работает, а мудями трясет. И бухает, скотина, беспросветно. И с ребенком никак, представляешь? Ребенок его папой даже стесняется называть, представляешь, Жан?!

Весь иринин монолог был наполнен негодующими словами и фразами по поводу семейных отношений, сыпался мат и истории из их, Ирины с Сергеем, жизни. Жанна молча слушала, алкоголь расслабил ее тело и разум.

(Продолжение...)

Добавить комментарий

ДРУГОЕ:
Пишите, звЕните, комментируйте, предлагайте на INFO@KYKYK.RU